Рассказы участников войны в Чечне

Российские солдаты и чеченские боевики повествуют о своем пути на чеченской войне. Рассказы, которые тронут сердце каждого, ведь здесь нет фальши. Истории участников и очевидцев чеченского конфликта.

Рядового Алексея Смолова призвали в армию в самый разгар чеченской войны. 18 мая 1995 года он прибыл в военный комиссариат Бабушкинского района Москвы, а двумя днями позже уже парился в душном эшелоне, направляющемся на юг.


18 апреля 1995 года военнослужащие отряда спецназа «Росич» совершили групповой подвиг. Своими действиями они отвлекли на себя тысячную группировку боевиков, тем самым спасли от уничтожения бригаду оперативного назначения, проводившую спецоперацию в Бамуте.


…Усталые мужчины в изодранной полевой форме смотрели телевизор молча. А между тем картинка на экране была яркой и даже милой?– женщина с девочкой прогуливаются по улице. Пожилой мужчина аккуратно сворачивает и бросает избирательный бюллетень в урну. На федеральном канале шел отчет о том, как Гудермес – второй по величине чеченский город – выбирает главу администрации Чечни и депутатов Государственной Думы.


Это событие, которое могло бы стать переломным во всей чеченской трагедии. К июню 1995 года федеральные войска загнали остатки отрядов сепаратистов в угол и с ними можно было покончить одним ударом. Вместо этого закономерного приказа последовал другой – стоять и смотреть.


26 ноября 1994 года. Сегодня началась война, летают самолёты. Бомбят. В центре города бои. С трёх сторон в центр города вошли войска оппозиции и танки, на городских улицах танки не могут маневрировать и их подбивают с крыш домов. В центре много разбитых зданий, горят танки. Много людей убитых и сгоревших, остатки человеческих тел лежат на асфальте, на сгоревшей технике, висят на деревьях. От центра города идёт непрерывный гул, слышны взрывы, грохот. Наш район находится не в центре, поэтому все люди вышли во дворы, на улицы и оттуда наблюдают за происходящим в центре города. Люди передают друг другу каждую новость шепотом, смотрят на зарево пожарищ, слушают грохот орудий. Люди стараются держаться вместе. В квартире просто невозможно находиться, так и тянет во двор, к людям. Сегодня день моего рождения. Из всех приглашенных пришли только родители моего мужа (из соседнего подъезда) и мой отец. Застолья, конечно же, не получилось. Все немногие тосты только за то чтобы поскорее закончился этот кошмар.


В январе 1995 года весь мир с замиранием сердца следил за трагедией, разыгравшейся в Чеченской республике. Уже горели танки на улицах Грозного, усыпанного трупами солдат и офицеров Российской армии. Сама армия по всем правилам военной науки по сантиметру вгрызалась в российский город на российской, но не подконтрольной нашему правительству территории. Россия вползала в первую чеченскую войну.


В тот далекий 1999 год я только получил звание лейтенант медицинской службы, военный хирург, военврач, так еще называют нас. И как многие молодые офицеры, сразу направил рапорт о просьбе направить меня в командировку, в Чечню. Ибо знал, чувствовал, что там я буду нужнее, чем тут лечить порезы у солдат «срочников». Ну да ладно не об том хотел написать.


Старший сержант запаса Петр Суховей хорошо помнит, как началась 1 чеченская кампания. Месяца не прошло, как он поступил на службу по контракту в 67-ую Бердскую бригаду специального назначения ГРУ, когда «рванул» назревающий конфликт на Северном Кавказе.

Как выносили на руках командира с оторванной ступней, как искали тела однополчан в штабелях трупов после страшного штурма Грозного, о друзьях, не все из которых вернулись из боя, спецназовец-пулеметчик рассказал накануне годовщины со дня начала первой чеченской войны — 11 декабря 1994.


О боях за село Комсомольское весной 2000 года и русском плене рассказывает участник чеченского Сопротивления Руслан Алимсултанов.


Несмотря на то, что нас ориентировали на возможную отправку в Чечню, в глубине души многие надеялись, что этого не случится. Очень уж далек Кольский полуостров от места предполагаемой выброски. Кроме того, на Северном Флоте, и в том числе на базе «Спутник», были твердо убеждены: Морскую Пехоту некорректно использовать на не морском направлении. Однако все оказалось иначе.